(Деян.17, 1–15; Ин. 11, 47–57)
«Что нам делать? Этот Человек много чудес творит» (Ин. 11:47). Только и нашла в Спасителе виновного иудейская ученость. И в наши дни немецкая ученость только и находит неуместного в Евангелии Христовом, что сверхъестественное: все хорошо, только это, вишь, нейдет. И в решении обе учености сошлись. Иудейская решила: «лучше, чтобы один человек умер» (Ин. 11:50), а не все погибнут; и немецкая положила: устраним сверхъестественное, чтоб сохранить все прочие истины евангельские. Что же вышло? Те сгубили народ, а эти растеряли все христианские истины, и теперь остались почти ни при чем. Господь есть краеугольный камень здания спасения; так и вера в сверхъестественное есть краеугольный камень всего здания богодухновенной истины. Сам Спаситель, в лице Своем, венец сверхъестественности, а в Церкви – неистощимый Источник ее. Касающийся сего пункта касается зеницы ока Божия.
